АнтиФинРазведка

Самый честный блог о финансовой системе Российской Федерации

Бюрократия vs борьбы с отмыванием доходов.

2021-09-25 Максимфинансы

Российские власти установили жесткие требования к фиксации доходов граждан. При минимальных подозрениях к правонарушителю должны применять санкции. Население уже почувствовало это ужесточение правил игры: деньги с электронного кошелька просто так не переведешь. Эксперты считают, что рассмотренные ситуации лучше всего показывают, как бюрократия побеждает благую инициативу, сводя все к дополнительным бумагам.

Власти любого демократического государства стремятся достичь своеобразного паритета: они гарантируют гражданам надлежащую реализацию определенного объема прав, взамен требуя оплачивать в полном объеме налоги с поступающих доходов. Для контроля правильности перечислений создаются специализированные органы и защитные механизмы: если субъект забудет пополнить государственный кошелек, то к нему применяются многочисленные санкции (на первом этапе – предупреждения, на последующих – штрафы). В России ситуация несколько иная: система управления предполагает некий минимальный объем защищаемых прав (к сожалению, не включающий права собственности, права на благоприятную экологическую среду и так далее), однако любые даже минимальные поползновения в сторону нарушения предусмотренных платежей в бюджет караются сразу сурово и жестко. Для достижения поставленной задачи осуществляется спектр мер, включающих «прокол анонимности» при пополнении отдельных платежных инструментов (электронные кошельки), контроль поступающих финансов на счета субъектов, в чьей деятельности заинтересованы проверяющие органы, и многое другое.

В такой жесткой контролирующей парадигме, как кажется на первый взгляд, отмывание денег юридически невозможно.

Однако на практике все немного иначе: установленные законодательные требования имеют существенные перекосы, работая фактически «против» добросовестных субъектов.

В результате:

- ИП вынуждены платить комиссию за официальный перевод с предпринимательского счета на личный;

- при покупке недвижимости, стоимость которой больше 3 млн. рублей, надо быть готовым к серьезным вопросам со стороны налоговой, которая вправе поинтересоваться источником происхождения ресурсов;

- во всех случаях при переводе денег практически на любые счета / кошельки требуется идентификация личности переводящего.

А как было раньше? До 2019 года перевод денег на электронные кошельки не требовал предъявления паспортных данных. Однако после указанной даты в законодательство внесли изменения: теперь предполагается, что анонимный собственник средств вправе лишь оплачивать товары и услуги российских компаний при общей сумме операций в месяц не более 40 тысяч рублей (разовая операция – не выше 15 тысяч рублей). Чтобы получить расширенные возможности (больше лимит по операциям, совершение переводов, снятие наличных и так далее) – необходимо пройти идентификацию. Банки и операторы электронных кошельков при этом обязаны информировать ФНС об открытии / закрытии подобных счетов.

А что делают с недобросовестными субъектами?

Те, кто нарушают полностью или частично законодательные требования по противодействию отмыванию доходов, удивительным образом не боятся ответственности.

Примеров много. Один из них: znak.com, ссылаясь на данные научного исследования, указывает, что в сфере недвижимости лишь 10% риелторских организаций зарегистрировались на сайте Росфинмониторинга, хотя юридически предусматривалось внесение в реестр всех.

Более того, сами опрошенные риелторы готовы нарушать требования нормативных актов: заведомо зная о подставном лице – приобретателе недвижимости, они все равно согласны продолжить работу с таким недобросовестным клиентом.

Надо ли удивляться в этой конфигурации, что объемы незаконного вывода денежных средств за пределы РФ:

- по данным Счетной палаты за 2013-2015 годы, составили порядка 1,2 трлн. рублей;

- по данным ЦБ за 2020 год, - 53 млрд. рублей [общий объем незаконного обналичивания, сообщает Ъ, за указанный срок составил 78 млрд руб].

Успешна ли политика властей по пресечению нарушений?

Во властных инстанциях убеждены, что введенные законодательные ограничения имеют свою результативность: каждый год сотни миллиардов рублей защищаются от вывода в теневой сектор экономики, а контрольные механизмы совершенны (что подтверждают и некоторые международные инстанции).

В это же время ряд экспертов-экономистов и правоведов придерживаются другой позиции: по их мнению, борьба с отмыванием доходов, как показывает практика, например, США, возможна лишь в системном и целенаправленном русле:

- необходимо комплексно устранять возникающие нормативные дефекты путем внесения поправок в Налоговый кодекс РФ и другие акты;

- дебюрократизировать экономику.

Выводы.

С позицией исследователей стоит согласиться: хотя государство и предпринимает некоторые корректировки законодательства, устраняя очевидные и жесткие перегибы, необходимо переформатирование (перезагрузка) взаимоотношений: например, субъектам, которые никогда не совершали правонарушений, важно предоставить определенные преференции (снижение налогов, отказ от повышенного контроля на некоторый срок и так далее).